chimtamany

Крылья и хвосты
Либо – цветные перья, либо – крылья. Это точно!

Если крылья – тогда: труд, пот, сопли, кровь и вдохновение полета, где всё высоко, где линия Света сливается с небом безо всяких границ и условностей, где всё свежо и восторженно, всё бескрайне, словно бездна неприкрытых возможностей. Никаких ограничений слабой воли или униженного рассудка. Только свист натянутых кромок, слезящийся взор, теряющий очертания мира и восторг ликования на грани рассудка. 

Если перья – всё иначе. Там – изящество форм, игра красок, оттенков утонченных смыслов, суть которых – Желание. Изысканность внешних покровов прикроет пустоту и неспособность к полету; мучительную изменчивость страстей и иллюзию поиска. И страдание от невозможности достичь равновесия между жаждой блеска и врожденного зова крыльев.

Зачем так трудно женщине в этом мире?
Без норковой шубы она чувствует себя незащищенной. Она боится и страдает. Страдает! От нечистых взглядов и низких суждений, от малейшей нужды и грубой тупости неровного мира. От того, что всё второпях, по верхам и не по-настоящему. Что замуж - рано (так получилось), что самой – за руль, разводить чад по нянькам и репетиторам, после – на службу (провались она …), а вечером, без сил и желания стелись под небритую гору жира и амбиций … Как не сойти с катушек, Господи?! Куда как проще родиться мужчиной, отплюнуться от собственной дряни и не утратить ощущения смысла.

Умных, утонченных и красивых – видел. Мудрых – нет. Не довелось просто. Даже хуже: уверен, мудрая женщина – явление невозможное. Она уже не страдает. Она – Ангел. А они до этих мест не спускаются, и это правильно очень. Чисто практически: зачем совершенной душе примерять на себя заново отжившие лохмотья заблуждений? И верно, нельзя в одну реку – дважды. Смысл?

Третья сторона

Продать логотип заказчику, которому он «просто не нравится», пусть даже самый эффектный и великолепно исполненный, невозможно при всем изначальном доверии к разработчику и его профессионализму. Почему нам в студии представляется важным время от времени поминать о вещах столь очевидных для всякого, кто хотя бы однажды работал под заказ либо заказывал? Потому только, что из этого простого и очевидного факта жизни вытекают три одновременных следствия, не столь очевидные, но оттого не менее значимые, чем сам частный факт «продажи», а может и того поболее.

Следствие первое. Уважение к себе и своему Делу – понятие не абстрактное, но самовоспитуемое. «Прогнуться» под то или иное, компетентное или абсурдное, требование заказчика, многим довольно легко. Сегодня это называется «клиентоориентированность». Удовлетворителен ли (объективно) результат – дело совести разработчика. Легко потому, что заказчик в данном случае хотя бы знает, чего хочет и на том настаивает. Есть вариант похуже, когда «не нравится, просто потому что не нравится, чего-нибудь еще попробуйте». На стадии разработки это не лечится. Даже теоретически невозможно угодить человеку, который сам не ведает чего ему, собственно, «угодно». А вот при грамотном сопровождении проекта ситуация просто не возникает: условия подписанного сторонами контракта указывают на конкретное количество вариантов за конкретные деньги и сроки, а потому и разговоры подобного рода весьма быстро и разумно сводятся к формальной процедуре соблюдения договорных отношений (желательно – заранее прописанной). Сложнее с профессиональной «совестью разработчика». За результат не должно быть стыдно. Работы ведь, как известно, принято выкладывать на обозрение под грифом «портфолио», доступное вниманию коллег и потенциальных клиентов, иначе какой же это бизнес? А потому:

Следствие второе. Уважение к заказчику, как к Индивидуальности. Как это ни покажется на первый взгляд странным для общения с человеком, который «просто платит деньги», но хотим ли мы того или нет, он ставит перед нами некую жизненную задачу, ни больше, ни меньше – мировоззренческую. Ты либо принимаешь ее таковой, либо тебе не сделать символ. Почему так? Что, нельзя что ли «просто» сделать свое дело за 10-20 сотен баксов и расстаться более-менее удовлетворенными друг другом? Для того кто делает символы – не получится. Коммерческие или обрядовые, религиозные или технологические, символы – категории мировоззренческие. Не получится не погружаться в суть и смысл задач, которые ежедневно решает сам заказчик, не получится не общаться с ним на его языке и категориями его мышления. Также как не получится избежать изменения собственного видения этого мира и продуктивной человеческой деятельности, если пытаешься выразить ее в краткой графической форме. Либо сливаешь свой поток сознания с его мироощущением, обогащая и его, и себя, либо отвергаешь задачу и не находишь искомого (а значит адекватного и эффективного) решения. Чем раньше увидишь в заказчике не человека даже, а поток сознания, который на короткий миг вдруг соприкоснулся с твоим собственным потоком через творческую задачу, тем вернее будет дело.

Что все это значит практически? Практически, клиент не «всегда прав, потому что платит», и это важно понять обоим, если важен результат. Вплоть до разрыва договорных отношений (что, по счастью, случается крайне редко). Во-вторых, придется щедро делиться с заказчиком своими знаниями семиологии знаковых систем, маркетинговым виденьем его же собственной задачи и прочее, прочее, прочее, подтягивая его до уровня «покупательной способности» - когда он начинает понимать, за что же все-таки платит, и что «оно» того стоит. Таково условие «культурного обмена». Однако эти два следствия не были бы столь интересны, не будь третьего.

Следствие третье. Уважение к Пространству, которое примет новый символ. Не имею в виду целевую аудиторию торговой марки, для которой создавался логотип, хотя мы с пониманием принимаем тот факт, что для маркетолога это единственное, что имеет значение. Пространство, в котором существуют знаки, образы, идеи и символы рождает феномены материальной жизни. Тиражирование логотипа даже у самой задрипанной фирмулечки – десятки-сотни тысяч копий в год, расходящихся повсеместно. Он – формула к действию, сообразно своей формуле запускает механизм той или иной реализации своего истинного (не всегда того, о котором думал разработчик) содержания. Так творится физическая реальность. Мера ответственности символиста пропорциональна количеству копий.

Всё будет хорошо

Сегодня пел в «невеселом месте». Впрочем, ничего «невесёлого» по первости и не ощутил даже. Люди – приветливые; дети – живые и непосредственные. Словно бы это и не реабилитационный центр для бедолажек, чьи «родители» лишены своего права первейшего на Земле – родительского права, либо вовсе «ушли», но таковых – один на тысячу. По сути – пересылка. Чуть ли ни «этап», прости, Господи. Выловят, беспризорных, подлечат, подкормят, оденут, а дальше – детдом, интернат или чего ещё там по суду полагается. Суд – дело неспешное, бывает, что и до года зависают.

В столовке - человек сорок ребятишек. Сторонятся, но слушают. Не дикие, значит. Думал хуже будет. Обычно – стенка: «весь мир – дерьмо, а я маленькая сволочь – не суйся». Ну, типа того. Так вот: ничего похожего. Живые и славные. Глаза, как водится, грустные. Но сразу незаметно: будто исподволь, «спиной» чуешь. Говорю им: не бойтесь мечтать! Оставьте позади, что было. Пусть сейчас кому-то из нас плохо, а многим, очень многим сегодня плохо... Кому из вас теперь плохо? - ловлю неожиданно, резко. Надо же, дрогнуло, вскинулось в отчаянии несколько детских рук. Видать, и впрямь несладко. Гляжу в глаза и люблю их. Не жалею, а потому само льётся из души им навстречу, честно и прямо: не думай о том, чего тебе не хочется, от чего горько и тягостно. Нет, не забудь – просто не носи в себе, будто камень на сердце  – много камней таскать придется по жизни – брось, не трудись. Потрудись иначе – душою, сердцем, мозгом - всем существом своим потрудись представить ИНОЕ – доброе и любящее вокруг, и в тебе, во всём, на что жизнь дадена. Об этом думай непрестанно, настойчиво – о том, чего хочется, чтобы хорошо было. Сегодня, завтра, послезавтра – каждый день думай так, представляй себя так, как хорошо тебе и славно, и счастливо. И будет тебе, поверь. Через неделю, месяц, год – будет непременно. Будет так. И будет это хорошо. И никто не потребует платы. Потому что так жизнь устроена – выстраивается, как по магниту, вдоль линии мысли, и всё тут. О чём думаешь, чем грезишь, то получаешь. Говорю так, а сам думаю – поймут ли, примут ли? Смышлёные. У одной глаза «на мокром месте». Ага, слышит. Только не верит. Спел «Белый Город». Плачет. Соседка – добрая душа – гладит по руке, жалеет. Любовь … Господи, где ж тот Утешитель, что Осушит, наконец, детские слёзы?! Пою ещё. Дарю книжки. Прощаемся.
Обступили: можно сфоткаться? Валяй! Обнимаемся, щелкаемся на незатейливый телефончик. А распишитесь! – протягивает пахнущую типографским оттиском незатейливую мою книжку – улыбается. Последующие полчаса подписываю книги, как добрый волшебник (или ярморочный какаду на плече прокуренного старика-шарманщика?), раздаю «фанты»: «Иринке, которая сделает всех людей красивыми (хочет в парикмахеры), от автора. Любви и доброй удачи!» и так по всем девчачьим рукам и душам. Последняя – та, что плакала. «Настеньке, доброй и умной девочке. Верь сердцу. Всё хорошо будет!».

Всё будет хорошо …

Кризис рекламиста или издержки воспитания

Интересное дело: иду к энергетикам платить задолженных деньгов (грозились отрубить контору); за пол-часа до этого отказываюсь от оплаты после школьного концерта, где полтора часа пел второклашкам и говорил «за жись»: о кометах, стихах и космонавтах (облепили, как муравьишки, смешно даже). Может кто-нибудь скажет дураку: что происходит? Или «Богу – богово, кесарю – все остальное …». Ну, не все же, блин, «кесарю»…

Вот, открыл себе дневник ...